понедельник, 31 октября 2016 г.

День 32-й

Итак, мы оказались в не работающем и отдыхающем Израиле практически без денег и понимания, что нам делать дальше. Самой большой проблемой казалось отсутствие паспортов, потому что все нам говорили, что без них не сделают теудат зеут, а без него мы не граждане в общем. Встреча в министерстве абсорбции была назначена на 5 октября и на неё нужно было прийти уже с открытыми счетами в банке. Мы побежали в банк 2-го, что бы по скорее открыть счет. В первом банке Аполим мы встретили толпу ребят с нашего рейса, которые сообщили, что никто нам без теудат зеутов открывать не хочет, хотя в управлении абсорбции нас уверили, что со всеми договорились и нам всё сделают. И мы рискнули пойти в ближайший Леуми. Там тоже сидела семья с нашего рейса, которые сказали, что никаких проблем нет. Посидев в очереди с пол часа, мы попали к милой девушке Кате, которая открыла нам счет и мы смогли вложить чек от Фонда Дружбы, который был для нас спасением. Конечно прямо сразу мы не могли снять деньги, но осознание, что они у нас уже есть сильно подняло моральный дух. 

На Рош-а-Шана к нам приехал друг аж с Юга страны. Мы были очень рады увидеть знакомое лицо и не много отвлечься от всех проблем. На тот момент мы были настроены ещё оптимистично и верили, что нам вернут барсетку. Рош-а-Шана мы пережили. Почему пережили? Потому что наша временная квартира находилось на чудесной улочке в центре Нижнего города. И всё там было хорошо: и расположение к кукурузе и наличие постоянно работающего арабского магазина и метронит и железнодорожная станция под боком. И квартира в общем была очень приличная (я ожидала хуже). Всё вроде хорошо, но одно огромное НО - квартира была окружена барами. Барами, пабами, кафешками и закусочными, которых я насчитала 12 штук. И все они начинали работать около 21:00 и заканчивали около 3-х утра. Самый пик был в шаббат и праздники. Я никогда не была на дискотеке, но две недели фактически прожила там. Пока внизу играли AC/DC, мы еще как-то засыпали. Но арабские мотивы посреди ночи вызывали страстное желание убивать. Когда к ним добавилась постоянно орущая кошка, у меня начала ехать крыша. Мы с Эдиком ходили искать несчастное животное, думали, что может она попала в беду и даже какое-то время кормили, как нам казалось самого несчастного во дворе кота (а котов в нашем дворе было ооочень много и все толстые, холеные, мордастые). Но как оказалось позже, кормили мы не того, а орала закрытая дома кошка по соседству. Хозяева уехали на праздники и закрыли кота дома. А ему было скучно. А нам весело от его песнопений. 

Пятого октября мы не очень бодрым шагом побрели в МВД в надежде получить удостоверение личности. До последнего нам никто не мог сказать дадут нам его без оригиналов паспортов или нет. У нас были копии. Мы ещё в Украине наксерили всех документов так, что бы на всю жизнь хватило. И это нас спасло.  Прождав в очереди больше двух часов, мы наконец получили наши израильские удостоверения личности и стали полноценными гражданами страны! Радости были полные штаны. Ко всему мы нашли номер водителя, который нас вез из аэропорта у одного из наших попутчиков. И стали ему звонить с помощью ивритоговорящего друга девушки, которая приехала с нами из Одессы. И каково же было наше удивление, когда господин водитель сказал, что он мыл машину и ничего там не нашел! И вообще стал говорить, что в тот день ехало 4 машины в Хайфу и он не знает он ли нас вез. Но мы то точно знаем, что это был он. Телефон мы передали координаторам управления абсорбции и они обещали ему звонить и разобраться. Завтра. Потому что на тот момент было уже около двух часов дня и их рабочий день был закончен. Я знаю кем хочу стать, когда вырасту - координатором министерства. 

Но мы всё ещё не теряли надежды. В машине были камеры, вез нас не какой-то левый водитель, а нанятый министерством, должны же найти барсетку. 

В тот же день в министерстве абсорбции нам начислили корзину абсорбции. Но сказали, что они не знают когда мы её получим и получим ли вообще в этом месяце. Ещё начислили помощь положенную репатриантам из Украины. Но когда она придет тоже никто не знал. Забегая вперед, скажу, что выплата бежанцам пришла где-то через неделю, а корзину мы так до сих пор не получили и вот до 10-го ноября должны получить сразу за два месяца. Грубо говоря, реальными деньгами были только вложенный чек от Фонда дружбы. Благо на съём временной квартиры у нас было отложено ещё в Украине, но мы понятия не имели сколько мы там пробудем. Изначально мы рассчитывали найти квартиру за 10 дней, по 100 шек за день съёма. То у нас и было. Но поздний приезд и праздники сломали нам все планы. Но была надежда на маклера, которого посоветовали в министерстве и который сказал, что у него есть две шикарные квартиры для нас. Вот просто супер квартиры. И я уже не помню в какой день, мы поперлись смотреть эти квартиры. Поехали сами, потому что маклер неожиданно сообщил, что без машины, хотя изначально обговаривалось, что он будет нас возить. И вот мы, с помощью всемогущего гугла отправились на другой конец города смотреть квартиру. Это была наша первая сознательная поездка по Хайфе. Как же меня укачало! Уши заложило так, что казалось, что лопнут барабанные перепонки! Прождали мы мы маклера на месте не долго, минут 15. Он всё таки приехал на какой-то машине с каким-то парнем и мы поехали ещё в гору смотреть квартиру нашей мечты, критерии которой мы тщательно составляли и обговаривали. 

Я сразу заподозрила неладное, когда маклер сказал, что это не совсем тот район, что мы просили, а рядом, буквально через две улицы. Потом выяснилось, что квартира находится на первом этаже, хотя мы просили не ниже второго. Потом, что она трехкомнатная, а не двух. Нет, в принципе, как крайний вариант, мы рассматривали трехкомнатные квартиры, но зачем платить за лишнюю площадь, которой мы не пользуемся? Войдя в квартиру, я сразу почувствовала запах ржавчины. Такой стойкий и едкий, какой был зимой в квартира на Молдаванке, когда включали отопление. И естественно, первое что я начала делать это смотреть трубы и включать воду. На что мне было сказано, что сначала мы смотрим глазами, а потом если нравится квартира уже приедем смотреть остальное. Вот тут я подофигела и спросила как я пойму нравится ли мне квартира, если я не вижу труб, сантехники и прочего. Но в следующую секунду я зашла в ванну и поняла, что дальше смотреть смысла нет. В этой чудесной квартире был совершенно ржавый, сгнивший слив в ванной. От него и шел этот дивный запах. Дальше я увидела квадратные глаза Эдика, который осматривал комнаты и поняла, что нам пора. Скрыть своё негодование мне не совсем удалось. В машине я спросила маклера, что это было вообще, на что мне было сказано, что за те деньги, что мы хотим, лучшего мы никогда не найдем, нужно повышать бюджет. А квартира, между прочим, стоила 3200, но нам отдавали за 3 тыс. Маклер начал рассказывать, что у нас было написано в требованиях и он подобрал всё, что смог по ним и тут мы поняли, что он их даже не читал. Просто открыл, увидел стоимость и районы и всё. Сказал, что теперь ему нужно время, что бы найти нам что-то ещё, сделал очень обиженный и оскорбленный вид и мы поехали домой своим ходом. 

Осознав, что от этого маклера толку не будет никакого, мы стали искать квартиру сами. Ситуацию сильно осложняли праздники и отсутствие нормального интернета. И конечно языковой барьер. Мне хватало иврита, что бы спросить сдают ли такую-то квартиру и говорит ли человек на английском и передавать трубку Эдику, который договаривался о встрече. В итоге сами мы посмотрели несколько вменяемых квартир, но они нам не подошли по разным критериям. Одну квартиру, которая внешне была идеальна, мы отвергли, потому что карабкаться каждый день на гору на которой она находится просто не было сил.  В конечном итоге мы набрели на ещё одного маклера, Ирину, которая показала нам несколько очень не плохих квартир. Одна из них мне понравилась прямо очень сильно. Отличная планировка, расположение, этаж и главное - с капитальным ремонтом. Хозяин там менял абсолютно всё. Единственный минус - ремонт не был закончен и ещё месяц нужно было бы прожить в ремонтирующейся квартире. Честно, я так хотела спать после бессонных ночей на временной квартире, что была готова жить в ремонте. Но по дороге в ещё одну квартиру мы наткнулись на объявление ещё одного маклера и договорились встретиться с ней в тот же день, поздно вечером. 

В тот момент, когда мы зашли в эту квартиру, стало ясно, что тут мы будем жить. И не потому, что душа как-то легла и тянуло прямо сюда. Просто это было лучшее, что мы видели за всё время просмотров. Не большая, не маленькая квартира на 2.5 комнаты, с выделенной столовой, мебелью и почти всей нужной техникой. В квартире не было одного очень важного для меня элемента - нормального душа, но за то был другой, наверное более важный - сетки на всех окнах. В Украине для нас было большой проблемой отсутствие нормальных сеток, потому что открыть окно и уйти было невозможно, наш Макс всё время рвался летать. И здесь я очень хотела квартиру с сетками, что бы и он мог сидеть возле окошка и нам было чем дышать. Единственное, что мы не сразу поняли, это то, что в квартире нет холодильника. Но то такое...промахали... Мы взяли время подумать до утра, но в общем были согласны на эту квартиру. Была только одна проблема - маклер, которая сдавала квартиру на следующий день улетала в отпуск, а смотрели мы квартиру перед самым шаббатом. Но, скажем так, это стало не проблемой, а дополнительными расходами... Маклер Елена нашла для нас выход, который в общем устроил все стороны. Спасибо Ей за это огромное, квартирой мы довольны.  Настоящей проблемой стало, что религиозные хозяева были категорически против того, что бы мы въезжали до Йом Кипура. А мне вот сильно не хотелось встречать Йом Кипур во временной квартире среди не умолкающих дискотек. В итоге уговорить их так и не удалось, даже объяснив что нас ждет там. Это был мой первый урок в Израиле под названием "чем вязаные кипы отличаются от хассидов". 

Мы пробыли 3 лишних дня на временной квартире и 13-го октября переехали в наш новый дом. О том как мы обустраивались, кто нам помог и о чудесной работе украино-израильской почты я расскажу в следующий раз. 

И теперь у Макса есть своё место у окна))))




суббота, 29 октября 2016 г.

Чуда не случилось

Сегодня ровно месяц как мы в приземлились в Израиле. Почему только приземлись, а не репатриировались? Потому что в Хайфу мы попадем только через 14 часов, а теудат зеуты через неделю. Я долго собиралась написать о том как прошла наша репатриация, но не было сил. Совсем. Но сегодня у меня хороший день и я постараюсь описать всё, с чем мы столкнулась при переезде. 

Когда мы только собирались репатриироваться, я просматривала фото со страницы Фонда Дружбы, смотрела на то как солдаты и волонтеры встречают репатриантов, как поют все вместе "Эвейну Шалом а-Лейхем" и мечтала, что у нас будет так же. Что мы тоже будем со всеми размахивать шариками и флажками Израиля и волновало меня как бы не заплакать из-за излишней сентиментальности. Но... 

Наши проблемы начались ещё на этапе подготовки документов. Но в этом мы виноваты сами. Не надо были никого слушать и всё делать самим. И никуда не спешить. Но хотелось уехать по-быстрее и на это тоже были свои причины, как казалось очень весомые. В итоге, после двух месяцев нервотрепки, истерик и просто огромной кучи денег, 20-го сентября, за неделю до отъезда (как мы тогда думали), мы получили паспорта со штампами и отправились к консулу за визами. В этот раз нам повезло - мы попали в кабинет к консулу не последними как в прошлый раз. А предпоследними, просидев в консульстве всего 3 часа, я считаю, что очень легко отделались. В первый раз было 5.5 часов. И счастливые поехали домой собирать сумки.

На рейс был назначен на 27-е сентября, вторник. Отличный день, что бы прилететь в Израиль Есть несколько дней до шаббата и до начала осенних праздников, которые парализуют весь Израиль почти на месяц. По моему идеально составленному плану, мы  должны были успеть до шаббата получить теудат зеут, открыть счет в банке и где-то после Рош-а-Шана получить чековую книжку и карточки. Прилетали мы 27-го утром, значит нам успеют до 10-го начислять корзину и скорее всего в честь праздника дадут большую сумму наличными в аэропорту. Затем мы после Рош-а-Шана смотрим квартиры и до Йом Кипура переезжаем. Была договоренность с маклером, которого советовали в управлении абсорбции, что к нашему приезду он подбирает нам квартиру по критериям, которые мы ему выслали. Критерии были составлена на основании всех советов и наших нужд. Мы пол дня потратили в своё время на определение того, что нам нужно обязательно, что желательно, а что мы сами сможем докупить. По большому счету, мы были готовы въехать в полу-пустую квартиру, но чистую, отремонтированную и с новой сантехникой. Вроде, не космические запросы. Ну, мы так думали. 

Следующий этап проблем начался на следующий день, когда пришло письмо о переносе рейса. На один день. Это уже создавало трудности, потому что мы приземляемся не во вторник, а в среду. Но, успеем, подумала я. Что там, день.

Сбор вещей протекал совершенно не так как планировалось. Нам задержали часть вещей, которые мы покупали в последний момент, потом выяснилось, что по весу в сумки то всё нормально вмещается, а вот по объёму, даже не смотря на вакуумные пакеты, никак не хочет. Всё перекладывалось несколько раз, что привело к тому, что забыли очень многое из того, что было просто необходимо взять.  Но об этом мы узнали только спустя 2 недели после прилета. 

Следующей неприятной новостью стал второй перенос рейса. Теперь мы должны были вылетать в ночь со среды на четверг. И тут я уже стала конкретно беспокоиться. Потому что прилетать в Израиль впритык к шаббату перед самым Рош-а-Шана совершенно не входило в мои планы. Учитывая, что это мы узнали в день, когда у нас забирали вещи, новость стала совсем не приятной. Но, ничего, подумала я, вставим в *опу пропеллер и всё сделаем за четверг и пол пятницы. Сейчас я понимаю, что говорил во мне не здравый смысл, а успокоительные, которые я принимала. 

В Киев мы решили ехать не на поезде, а на машине, которую предоставил фонд Эзра. Мы решили, что поезд совсем не понравится нашему Максу, а на машине и стресса меньше и быстрее. Быстрее, да. Со стрессом вышло не всё так гладко. С нами ехала девушка с ребенком-инвалидом и для малыша 5.5 часов в машине были не меньшим стрессом, чем для нашего кота. Но, Макс, который боится детей трясся всю дорогу и подпрыгивал при каждом крике ребёнка. Во мне тогда ещё действовали успокоительные и я пережила поездку стоически. Эдик тоже. В гостинице в Киеве всё было хорошо, пока мы не обнаружили, что забыли в машине кепку Эдика. Ну, жалко, но хер с ним, это же всего лишь кепка, подумала я. Первым делом после прибытия в Киев, мы поехали в государственную вет.клинику, что бы взять для Макса нужную справку. По телефону я несколько раз спрашивала нужно ли с собой вести животное, на что меня убеждали, что конечно нужно, его нужно посмотреть и только после этого выдается справка. На деле никому наш кот не был нужен. С таким же успехом я могла приехать с пустой переноской. Но за то Киев посмотрели. В очередной раз мне там не понравилось. 

Дальше казалось, что всё наконец налаживается. Фонд Керен леЕдидут сделал всё как обещал, гостиница комфортная, кормили хорошо, семинары полезные. Правда, мы ели с группой всего один раз, потому что не смотря на обширное меню всё либо было с курицой, либо с яйцами. Моя аллергия поржала и мы пошли охотится на еду в ближайшие кафе. Благо, расположение гостиницы очень удачное и голодной я не была.  Мне было искренне жаль организаторов семинара и очень стыдно за сограждан. Но то такое. Я просто отвыкла от общественных масс за эти пару лет. На второй день семинара, я прочла в новостях, что умер Шимон Перес, который уже долгое время серьёзно болел. Но, причем Перес к нашей репатриации, сказал во мне Адаптол, расслабься!

После дружного общего фото, мы пошли собираться и отдыхать перед самым ответственным путешествием в нашей жизни. Мы с Эдиком, как послушные детки, во время собрались, упаковали совершенно спокойного кота в переноску и пошли в ожидающий нас автобус. Сели, стали общаться с попутчиками и ждать отправления. Через 20 минут пришла девушка и сказала, что отправка задерживается минут на 20. Ещё через пол часа она сообщила, что аэропорт просит нас подождать. Ещё через час нам сообщили, что никуда мы не летим. Наш рейс отменили. При том, что весь наш багаж уже был в Борисполе.  Таблетка Адаптола, сказала, столько ждали, что решать пару часов. Но это была последняя таблетка, остальные мирно лежали в аэропорту Борисполя, потому что с собой было взято ровно столько, сколько необходимо на несколько дней. Как и остальных лекарств, Максыного корма и песка. Всё было рассчитано, спланировано и выверено. Нам было сказано, что наш рейс в 14:00 и выезжаем мы в пол 9-го утра. Не без проблем нас заселили обратно в гостиницу, многим пришлось ждать, так как их номера уже были заняты. Нам повезло, мы вернулись в наш номер. Единственное, что я обнаружила, это то, что оставила в автобусе свою куртку. Ну, ничего, заберу завтра, подумала я, но на всякий случай сообщила руководителям семинара, что если что, куртка моя. 
Мы на семинаре Фонда Дружбы в Киеве

Следующее утро сразу стало не добрым. Под утро мне снились кошмары, я с трудом проснулась и пришла в себя. Мы опаздывали на завтрак и в столовой очень явно поняли, что персонал гостиницы совершенно не рад нас видеть. На завтрак опять были в основном яйца, а близлежащие заведения были ещё закрыты. Кое-как поели, вернулись в номер и выяснилось, что Макс тоже считает это утро не благоприятным для поездки. Ещё вчера идеальный, спокойный кот, стала орать, вырываться и драться за своё право сидеть под кроватью. В автобус мы пришли уже когда он был забит. Всю дорогу несчастный кот бился, ругался и вырывался из переноски.  А Адаптол во мне говорил всё тише... Уже в аэропорту, при проходе через ворота, Макс устроил целое представление и очень здорово меня поцарапал. Но, я уверенная, что через пару часов мы улетим, свернула его в узел и прошла все необходимые проверки и мероприятия для провоза кота. Да, улетели мы через пару часов. Точнее через 8.
Удачно найденый ирландский паб возле нашей гостиницы. Последняя, как мы тогда думали, трапеза в Киеве

Шел цатый час в Борисполе
То, что творилось в аэропорту я не хочу описывать. Это был хаос. Несколько задержанных рейсов, куча народу, невозможность пройти регистрацию, плачь детей и вой животных. В какой-то момент я просто лежала на полу в Борисполе, пытаясь хоть чуть-чуть успокоить нашего несчастного кота, который был без еды, воды и туалета уже больше 12-ти часов. Никто точно не знал когда мы полетим и полетим ли сегодня вообще. Нам не давали воздушный коридор, потому что аэропорт Бен Гурион перевели в режим повышенной безопасности в связи с прилетом глав государств на похороны Шимона Переса... Потом началась регистрация и всё стало ещё хуже, потому что, что бы "ускорить" процесс таможенников выпустили в "поле" и они стали раскрывать с таким трудом запокованные сумки прямо в холле аэропорта. Нам в скрыли 2 сумки в которых были вакуумные пакеты. Таможенники не говорили по русски, а мы от усталости не понимали иностранных языков. Я поняла, что теряю связь с реальностью, когда после моих попыток объяснить девушке, что я не могу вытащить системный блок из сумки, потому что там пакет с одеялом и ещё 2 коробки и когда мне показалось, что она меня поняла, я отвернулась посмотреть, что происходит у Эдика, поворачиваюсь, а она позвала какого-то парня, который тянет из этой сумки коробку с видеокартой, придерживая ее ногами и на моих глазах рвется и раздувается вакуумный пакет с одеялом. Увидев мой ошалевший взгляд она сказала "ай-яа-яй" и провела Эдика с остальными сумками в комнату для досмотра, в которой он провел 3 минуты. А я стояла посреди коридора с орущим котом и разбросанными вокруг нашими вещами, которые успели вытащить из сумок. В том числе и аптечкой. Благо, нашлась у ребят, летевших с нами лишняя сумка, пленка и скотч. Мы кое-как засунули всё в 7-ю сумку и пошли на регистрацию.  Багаж наш прошел без проблем. у нас были идеально упакованные сумки, с идеальным весом, всё как было написано в памятки от фонда. А вот с ручной кладью начались проблемы. Нас пытались убедить, что кот за которого мы уже заплатили и ноутбук это ручная кладь и кроме нее мы ничего брать не имеем права и в самолете для этого места. Мы, взывая к голосу разума работников аэропорта, показывая им правила их же авиакомпании и памятку по сбору вещей, которую нам прислал фонд, пытаемся объяснить что не за что мы платить не будем. Но работники Эль-Аля были настроены крайне не дружелюбно. Им было совершенно наплевать на то, что написано на сайте их авиакомпании и то, что нам говорили. Работники Фонда не могли вникнуть в чем наша проблема и как выяснилось потом у них были проблемы по серьёзней. Рядом с нами, у соседней стойки семья перепаковывала вещи из сумок в сумки, потому что после обыска таможенников у них в одних сумках был недовес, а в других перевес и их пытались заставить платить за каждую сумку с перевесом. Ко всему их кота не хотели брать на борт тоже из-за якобы большого количества ручной клади. Промурыжили нас больше 40-ка минут и в терминал мы влетали уже с началом посадки. К самолету я бежала глотая слезы, потому что действие Адаптола закончилось совсем. У меня началась паническая атака и при прохождении границы я не могла понять, что происходит, что мне надо сделать и пыталась всунуть им паспорт Эдика. Макс у меня на плече болтался тряпочкой и даже не пытался сопротивляться. Только смотрел на меня такими глазами как будто я его предала...  Но в самолете стало легче.

Сначала Максу не понравилось в самолёте...
Не смотря на то, что мы около часа не могли взлететь, в самолете было отлично. Бортпроводники с сияющими улыбками встретили нас и почему-то посадили в бизнес-класс. Долго мы думали, что это ошибка и сейчас нас поднимут и заставят пересесть. Расслабились мы только взлетев. После взлета я открыла переноску и Макс смог удобно лечь и даже уснуть. Нас кормили, носили чай, кофе, вафельки... Это были лучшие 2.5 часа за всю поездку. Я успокоилась и решила, что всё плохое осталось в Украине... ага, щас...

Но потом он уснул)
После взлёта
Сначала всё шло не плохо. мы приземлились, прошли регистрацию и пошли ждать автобус, который отвезет нас в старый терминал для получения документов. И вроде всё нормально, но до меня начинает доходить, что весь мой план пошёл к чертям. Мы приземлились в 8 вечера и нам сказали, что вся процедура займет 4-5 часов, значит в Хайфу мы попадем ночью в пятницу и уже ничего не будет работать. Но светлый зал старого терминала заставил меня чуть расслабиться и притупил бдительность. Там было куча новой еды, питья, люди, взволнованные перспективами новой жизни. Я не парилась пока не стало ясно, что большая часть нашего рейса, тем кому ехать близко уже получили документы, но почему-то сидят с нами. Потом их позвали вниз. Но как выяснилось через пару часов они ещё час стояли на улице, потому что не было автобусов. А нам как бы в Хайфу, 2 часа пути. Не хватало автобусов.

Что тут сказать...Документы мы получили одни из последних. Нам выдали теудат оле и 5 тыс наличными, потому что впереди были праздники. И с последней группой вышли под ночное небо Тель-Авива. И простояли мы под этим ночным небом около двух часов... Потому что за нами никто не приехал. Автобус появился только около 4- утра... в пятницу... Мы абсолютно обессиленные загрузились в автобус и поехали обратно в аэропорт забирать свои вещи. А наши вещи оказались равномерно разбросаны по аэропорту, потому что так долго крутиться на ленте они не могут. Кое-как собрав все вещи, мы пошли на стоянку такси. Нас никто не встречал с шариками и песнями. Не было солдат и плакатов "Добро пожаловать", не было "Эвейну шалом малехем". Нам не были рады и мы это чувствовали. Мы тоже не были рады. Нас встретили не менее уставшие сотрудники фонда, которые раздали нам бутерброды и воду и мы побрели вниз. Казалось, что на этой проблемы должны были закончится, но нет. Чем думали сотрудники министерства абсорбции и кому пришла в голову гениальная идея, что сначала нужно отправить тех, кто в центр страны, а потом остальных, я не знаю. Когда первыми усадили в такси Цфат и Наарию у меня загорелась надежда, что и мы сейчас поедем. Но нет, уехал Бат Ям, Петах Тиква, Натания. А мы, ещё одна молодая пара с котом, пожилая женщина и девушка с подростком из Одессы остались ждать. И ждали мы два часа. Одни на огромной стоянки в Аэропорту. Сотрудница министерства абсорбции нашла где-то шарики и фотографировалась с ними и каким-то энтузиастом-одиночкой с нашего рейса. А я смотрела на опухшее лицо девушки с котом и понимала, что сама выгляжу на много хуже. У меня оттекли ноги и руки, опухло лицо так, что давили очки. Я тихо села на тротуар на стоянке и шептала Максу, что скоро это всё закончится. По его взгляду, я понимала, что он мне не верит. Он просто тихонечко поскуливал у себя в переноске. Наша машина приехала а начале седьмого утра. Мы погрузились и поехали. По дороге я отключалась, стоило мне прикрыть глаза. Очнувшись, я не понимала где я и что происходит. Эдик сидел на ряд позади меня и тоже выключался. Остальные, как я понимаю, спали. 

Нам повезло ещё раз. Водитель решил отвести нас последними. Потом я уже поняла, что это случилось, потому что мы заезжали через южный въезд, а нам нужно было в нижний город. Но тогда это казалось вселенской несправедливостью. Перед выходом девушка из Одессы попросила наш номер, что бы если что быть на связи. Я попросила у Эдика барсетку, где лежали наши украинские паспорта, новые номера телефонов и конверт с деньгами от министерства. Продиктовала ей номер и отдала барсетку Эдику. Мы их высадили и поехали дальше в Нижний город, где находилась наша временная квартира.
 У квартиры нас встречал волонтер управления абсорбции, который очень лихо выгрузил наши вещи, так что я не успела оглянуться как стояла уже на незнакомой улце, окруженная нашими вещами. Мозг не соображал вообще. Эдик и волонтер с каким-то молодым парнем подхватили наши вещи и понесли в сторону квартиры. Быстро загрузили всё на второй этаж, где нас встречала хозяйка. Мы кинули вещи и нужно было подписать временный договор и отдать хозяйке деньги за квартиру. Я открываю сумку с ноутбуком, где лежали все наши документы и барсетка с паспортами и деньгами, а барсетки нет. Я начинаю ее искать и слышу голос Эдика "ее нет, она в такси осталась". Смотрю на него, а он бледнеет. Сил злиться и ругаться у меня не было вообще. Я думала, что сейчас потеряю сознание. Наш волонтер Игорь спрашивает, что случилось, Эдик ему объясняет и тот тут же звонит куратору управления абсорбции и объясняет ситуацию. Та говорит не переживать, сейчас она везде позвонит, выяснит кто нас вез и нам всё вернут. Что бы долго не рассказывать, она тоже самое повторяла ещё недели полторы пока не заявила "можете уже не ждать, ничего не вернут". Нам очень повезло, что мы привезли с собой хоть какие-то деньги. Потому что дальше Игорь потащил нас в бэйт оле, где нам провели инструктаж и на последок сказали, что большинство работников уходит в отпуск минимум до 16-го числа и как бы справляйтесь ребята сами, но если что звоните. Мы звонили. каждый хоть на половину рабочий день. И нам каждый день говорили, что все хорошо. Надежда жил пока мы не поймали работницу управления на лжи. Но об этом и остальных наших приключениях я расскажу как-нибудь потом. В нашу временную квартиру мы попали к часу дня пятницы, на двадцать девятом часу нашего путешествия...
первые прогулки по Хайфе

А по поводу барсетки... чуда не случилось, нам никто ничего не вернул. И это стало большой проблемой... И дело не в деньгах или паспортах. Дело даже не в моих детских фото, которые там лежали... Дело в том, что эта барсетка принадлежала отцу моего мужа, который умер много-много лет назад и мы всегда хранили там самое ценное...